Свидетели обвинения неожиданно встали на сторону гендиректора «Колхоза им. Мясникяна»

Судебный процесс по делу генерального директора АО "Колхоз им. Мясникяна" Матеоса Хатламаджияна принял неожиданное направление, поскольку вызванные прокуратурой свидетели начали давать показания в его пользу. Руководителя крупного животноводческого предприятия обвиняют в мошеннических действиях и причинении крупного ущерба акционерам, как пишет "mk.ru".

Матеос Хатламаджиян возглавил предприятие в 2019 году, когда оно находилось в глубоком кризисе с задолженностью около 60 миллионов рублей, невыплаченными налогами и задержками по заработной плате. За пятилетний период руководства ему удалось полностью ликвидировать долги, стабилизировать выплаты работникам, модернизировать инфраструктуру путем строительства новых коровников и приобретения племенного скота. В 2019 году руководитель удостоился звания почетного работника агропромышленного комплекса страны, а через год хозяйство признали лучшим в сфере молочного животноводства. К началу 2024 года численность поголовья превысила 2,2 тысячи животных.

В январе 2024 года в офисе акционерного общества и квартирах сотрудников прошли обыски, а в мае того же года директора временно отстранили от должности на период следствия. Правоохранительные органы посчитали незаконным преобразование сельскохозяйственного производственного кооператива в акционерное общество. Летом 2025 года материалы дела поступили в Азовский районный суд, который к настоящему моменту допросил потерпевших и более тридцати свидетелей обвинения, включая членов правления и сотрудников организации.

Несмотря на то, что показания свидетелей должны были подтвердить версию обвинения, их выступления фактически оказались аргументами в пользу подсудимого. Один из свидетелей отметил, что ситуация на предприятии ухудшилась не из-за смены юридического статуса, а вследствие возбуждения уголовного дела.

"Реорганизация положительно повлияла на предприятие. Никакого принуждения при голосовании не было. Каждый член кооператива мог добровольно внести свой земельный пай, и это не связано с реорганизацией напрямую. Собрание по поводу нового устава и дополнительных взносов для сохранения целостности земель прошло за год до изменения формы собственности", - заявил свидетель Кероп Хатламаджиян.

Остальные допрошенные подтвердили законность всех преобразований и единогласный характер голосования. Свидетели Сероп Багаджиян и Рубен Хаспекян заявили, что сотрудники полиции настойчиво требовали от них написать заявления на руководителя, однако они отказались, не считая себя пострадавшими. Многие выступающие жаловались на жесткие методы следствия, включая обыски и многочасовые допросы в ГСУ без еды и воды, во время которых их заставляли менять показания.

"Нас держали весь день без еды и воды в течение десяти часов", - рассказал один из очевидцев. "Мы испытывали сильное психологическое давление", - поделился другой свидетель. "Сотрудники выражали недовольство нашими формулировками и требовали переписать показания заново", - сообщил еще один участник процесса. "При обыске дома все перевернули и искали даже в личных вещах", - описали происходившее граждане.

Работники направили более ста коллективных жалоб на действия следствия. Предварительные проверки и опросы длились около полутора лет, а общий срок следствия составил два года. Важную роль в процессе сыграли показания специалистов по корпоративному праву и ревизора Юрия Теплякова, который обосновал необходимость изменения формы собственности ссылками на закон о сельскохозяйственной кооперации.

"Кооперативная форма хозяйства устарела, так как число пайщиков сократилось, а финансовые институты и партнеры неохотно сотрудничали с СПК. По закону предприятию требовалась реорганизация", - объяснил специалист Юрий Тепляков.

Юрист Лариса Гарматина, занимавшаяся подготовкой документов для собраний, подтвердила, что для сохранения единого земельного массива использовался механизм внесения дополнительных имущественных паев по решению общего собрания.

"Внесение дополнительных имущественных паев стало одним из альтернативных вариантов сохранения земель, что требовало одобрения коллектива и было выполнено", - отметила Лариса Гарматина.

Защита выражает недоумение по поводу обвинения Хатламаджияна в мошенничестве в составе группы лиц по предварительному сговору, учитывая, что на скамье подсудимых находится только он один. Запросы адвокатов о предоставлении материалов в отношении якобы неустановленных участников группы отклоняются судом под предлогом их выделения в отдельное производство.

В ходе заседаний признанные потерпевшими лица регулярно нарушают порядок, перебивают выступающих и не реагируют на замечания судьи. Сам обвиняемый дает подробные разъяснения по делу. Во время допроса оценщика Ольги Коротковой подсудимый помогал разъяснять суду специфику земельной оценки и разницу между физическими гектарами и балло-гектарами. В мае судебное заседание закрыли для прессы по ходатайству прокурора для зачитывания расшифровок телефонных разговоров обвиняемого, главного бухгалтера Анны Арутюнян и юриста Ларисы Гарматиной, при этом сами аудиозаписи к делу не приобщены.

За десять месяцев судебного процесса было заслушано более ста человек, однако суть претензий к руководителю молочного хозяйства Ростовской области остается неясной. Агропредприятие продолжает свою деятельность в ожидании судебного вердикта.

Напомним, 29 апреля 2026 года в Азовском суде по уголовному делу Матеоса Хатламаджияна юрист подсудимого Вячеслав Котельников передал суду возражения, указав на нарушения в работе председательствующей судьи. Тогда же несколько свидетелей, которым предлагали выступить против руководителя колхоза, отказались свидетельствовать, заявив об отсутствии претензий к обвиняемому.